LIBRARY.RS is a Serbian open digital library, repository of author's heritage and open archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!
Libmonster ID: RS-148
Author(s) of the publication: А. Ю. ПИСАРЕВСКИЙ

Share this article with friends

Политическая история Югославии между двумя мировыми войнами выдвинула многих ярких политических деятелей, большинство из которых были представителями двух из трех титульных народов Королевства сербов, хорватов и словенцев: сербского и хорватского. Третьего титульного народа - словенцев - среди политиков общеюгославского масштаба было немного и их деятельность практически неисследована. Эта ситуация представляется не совсем справедливой, особенно учитывая тот вклад, который внесли словенцы в становление и развитие первой, королевской Югославии. Наиболее видным политическим деятелем словенцев был Антон Корошец. Ведущей политической силой в Словении, как в доюгославский, так и в югославский период была клерикальная Словенская народная партия (СНП). Идейно СНП была клерикально-традиционалистской партией, основной социальной базой которой являлись крестьяне. Учитывая, что крестьянство составляло в начале XX века большинство населения Словении, СНП была поистине народной партией. В политическом плане СНП не была единым целым, в ней существовало два течения: собственно клерикалы и христианские социалисты. Клерикалы, возглавляемые тогдашним лидером СНП Иваном Шуштершичем, стояли на позициях австрославизма, утверждая, что в план объединения всех югославян не стоит включать сербов, так как они, во-первых, православные, а во-вторых, враждебно настроены по отношению к Австро-Венгрии. В отличие от клерикалов, христианские социалисты считали, что югославянская идея подразумевает всех югославян, что без сербов югославизм не может быть полноценным. Помимо собственно политических взглядов, клерикалов и христианских социалистов разделяли и экономические воззрения на процесс развития словенского общества. Одной из важнейших черт идеологии партии был христианский социализм. Именно эти идеи являлись привлекательными для словенского крестьянства, разоренного экономическим кризисом конца XIX - начала XX веков. Христианские социалисты выступали за всемерную помощь словенскому крестьянству, организовывая общества взаимопомощи для жителей села. Многие идеи христианских социалистов были для своего времени действительно революционными, и не смогли бы осуществиться без таланта и руководства Янеза Крека - видного деятеля СНП, сербофила, югослависта, христианского социалиста и главного оппонента Шуштершича. Именно Крек способствовал развитию идеи хри-


Писаревский Александр Юрьевич - сотрудник Института славяноведения РАН.

стр. 36


стианского социализма в Словении, и именно он явился учителем Корошца. Корошец со временем стал ближайшим сподвижником Крека и после его смерти в 1917 году возглавил СНП.

Корошец стал заметным югославянским деятелем задолго до образования первой Югославии - еще во время работы в венском парламенте. Но известность он приобрел во время первой мировой войны, когда совместно с другими югославянскими деятелями Австро-Венгрии активно боролся за создание единого государства южных славян. Именно Корошец был автором знаменитой "Майской декларации" 1917 года, которая стала отправной точкой в борьбе за создание единого югославянского государства. Корошец, будучи руководителем Государства сербов, хорватов и словенцев (СХС) от имени югославянских народов вел в Женеве переговоры с Н. Пашичем об объединении Государства СХС с Королевством Сербия. И поэтому вполне логично, что в образовавшемся Королевстве СХС Корошец играл не последнюю роль, не раз занимая министерские должности. Более того, в 1928 г. он стал первым премьер-министром несербом. Так же он был единственным политиком, который поддержал переворот короля Александра. Заметную роль Корошец играл и в первом после переворота 1929 г. правительстве М. Стоядиновича, будучи министром внутренних дел.

Учитывая столь большой вклад Корошца в политическую историю Югославии выглядит странно тот факт, что его фигура обойдена вниманием большинства исследователей. Однако это объясняется, видимо тем, что во времена социалистической Югославии Корошец ассоциировался с клерикализмом и антикоммунизмом (в 30-е годы Корошец прославился именно борьбой с коммунистами, усташами и прочими дестабилизирующими внутриполитическую ситуацию силами). Современная словенская наука, несмотря на активный поиск национальных героев, так же не особенно жалует фигуру Корошца по той простой причине, что он был последовательным сторонником единого югославянского государства, что в условиях становления независимого Словенского государства рассматривается как чуть ли не измена национальным словенским интересам. В связи с этим, исследований, посвященных деятельности Корошца, ничтожно мало. Их авторы рассматривают Корошца исключительно как политического деятеля, полностью игнорируя его как личность. Однако надо отметить и объективные трудности, которые препятствуют всестороннему изучению личности Корошца. Он не оставил после себя никакого личного архива, не вел дневник, а для всех, кроме своих соратников, он был крайне закрытый человек (как католический священник, он не был женат). Поэтому, если о его общественно-политических взглядах в целом можно найти материал, то о его личности, его жизни вне политического процесса, информация крайне скудная. Фактически единственным источником информации являются воспоминания его ближайших соратников по партии, которые в течение многих лет работали бок о бок с Корошцем. В связи с этим мы пока не обладаем сведениями о Корошце личного характера: занятия в свободное время, любимые писатели, художники, композиторы, отношения с немногочисленной родней (фактически единственными его родственниками была семья его сестры, где он проводил достаточно регулярно свой отпуск).

Общественно-политические взгляды будущего лидера клерикалов, как и любого другого человека, начали формироваться еще в детском и юношеском возрасте. Немалое влияние оказали на него и родители. Антон Корошец родился 12 мая 1872 г. в Штирии, в местечке Бисерьяны при церкви св. Георгия на Щавнице, которое сейчас называется Видем на Щавнице. Его родители были простые крестьяне. Как и в других странах, характерной чертой словенского крестьянства можно назвать консерватизм, уважение к традиционным ценностям, почтение к католической церкви. Принципы, заложенные его родителями, а также приходским священником А. Куцуваном, у которого Корошец обучался в приходской школе, будущий лидер клерикалов пронес через всю жизнь. Он был глубоко верующим человеком и горя-

стр. 37


чим патриотом своей земли. Традиционализм всегда был свойствен Корошцу как политику и человеку. Отсюда, кстати, идет и его неприятие революции как метода решения социально-политических и экономических проблем.

После приходской школы Корошец учился в народной школе в Птуе, а затем - в мариборской гимназии. Годы обучения Корошца в гимназии стали временем начала его общественной деятельности. Там он вступил в тайное "Словенское ученическое общество мариборской классической гимназии", которым руководил И. Жолгер, впоследствии выдающийся адвокат и единственный министр-словенец в государстве Габсбургов1 . В этот период Корошец пробовал себя на журналистском поприще. Он опубликовал несколько статей в газетах "Словенский хозяин" ("Slovenski Gospodar") и "Словенец" ("Slovenec") - печатных органах клерикалов. В этих статьях Корошец выступал как сторонник консервативных ценностей.

В июне 1892 г. Корошец поступил на богословское отделение философско-богословского факультета Мариборской епархиальной семинарии. Наиболее известным и уважаемым профессором, который преподавал Корошцу, был И. Млакар, который вел у семинаристов догматику и фундаментальную теологию. Одновременно он в течение 1885 - 1894 гг. являлся главным редактором газеты "Словенский хозяин", куда Корошец отправлял свои статьи и где он через некоторое время стал главным редактором. Во время учебы в семинарии они встретились и стали тесно общаться. Млакар оказал огромное влияние на Корошца. С самого начала своего обучения в семинарии Корошец активно включился в общественную жизнь, чему немало поспособствовал Млакар. Так, Корошец активно сотрудничал в Литературном обществе мариборских богословов, основанном в 1870 году, чьим председателем был Ф. Ковачич, а также писал статьи в самиздатовский журнал семинаристов "Липица", выходивший с 1860 года.

В 1894 г. Корошец сменяет Ковачича на посту председателя Литературного общества и редактора журнала "Липица"2 . Статьи Корошца в этом журнале являются ценнейшим источником для понимания идейно-духовного развития Корошца. Так, в статье "Из жизни венгерских словенцев" Корошец описал положение словенцев в Прекомурье. А рассказ "На Врбском озере" Корошец посвятил словенско-венгерским отношениям и "благородству словенского народа"3 . Кроме собственно литературных произведений Корошец в "Липице" опубликовал свой первый "программный документ" под названием "В христианстве - спасение". В этой статье он выступил решительно против "дикого капитализма". Весь мир погрузится в кризис, так как в мире властвует безбожие и только возвращение к христианским ценностям спасет мир, писал он. В этом документе Корошец резко отрицательно отозвался о материалистических и стяжательских ценностях современного ему мира. В данной статье прослеживались и следы христианско-социалистических идей. Так, автор призывал помочь пролетариату в его борьбе с безбожным капиталом. Свое "послание" Корошец оканчивал словами: "Только в вере есть спасение, а так как христианство - единственная истинная вера - то только исповедуя христианство можно спастись"4 . За время своего председательства Корошец установил тесные и дружеские связи с аналогичными организациями чехов и словаков5 . В конце третьего курса семинарии (25 июня 1895 года) Корошец был рукоположен в пресвитера (священноиерея). Это рукоположение во многом определило развитие личности Корошца. Поскольку католические священники не имеют право жениться, все своё время Корошец посвятил общественно-политической и церковной деятельности.

На пятом курсе семинарии Корошец познакомился и начал активно сотрудничать с Янезом Евангелистом Креком - одним из виднейших деятелей клерикального лагеря, придерживавшегося христианско-социалистических взглядов, который в то время, по выражению Михи Крека (видного деятеля СНП, ставшего после смерти Корошца главой СНП), "организовывал словенское народное христианское демократическое движение"6 . Корошец проникся идеями Крека. Впоследствии эти контакты профессора теологии

стр. 38


из Любляны и семинариста развились в теснейшее политическое сотрудничество. На последнем курсе своего обучения Корошец под влиянием книги Я. Крека "Темные стороны положения крестьян" написал статью "Забота о крестьянском сословии"7 , в которой говорил о тяжелых условиях существования словенских крестьян и требовал помощи для них. В массовом разорении крестьян он видел уничтожение традиционной словенской деревни, то есть подрыв традиционного уклада жизни, а, следовательно, и подрыв традиционной веры - католицизма. В этих двух ранних произведениях ("Забота..." и "В христианстве - спасение") Корошца прослеживается начало формирования воззрения молодого ученого и общественного деятеля, которые обретут свой законченный вид позже, когда Корошец станет известным политиком.

После окончания семинарии Корошец несколько лет являлся приходским священником, что дало ему неоценимый опыт пастырской работы с людьми. В результате чего Корошец научился общаться с людьми, научился чувству такта в общении с ними. Впоследствии именно эти качества - чувство такта и умение управлять массами - окажут весьма сильное влияние на политическую карьеру будущего лидера клерикалов.

Формирование общественно-политических взглядов Корошца продолжилось после того, как он стал главным редактором газеты "Словенский хозяин". В первом же номере, вышедшем под его руководством, Корошец опубликовал статью "Наше будущее под короной Габсбургов"8 , в которой нашли отражение те идеи, которые Корошец будет отстаивать впоследствии во время своей работы в венском парламенте. В ней Корошец излагал концепцию "триалистического" устройства Австро-Венгрии. Она предусматривала соединение всех югославянских земель, включая сербов, в третью часть империи, которая имела бы в ней статус национально-территориальной автономии и те же права, что Венгрия и Австрия. В этой статье Корошец впервые публично дал свою оценку идее югославизма.

Эти положения развивала также его статья "Австрийская государственная идея", вышедшая после встречи хорватских и словенских политиков в городе Трсате у Реки в октябре 1898 года. В ней автор кратко излагал историю Австрии и говорил о ее исторической роли в защите южных рубежей Европы. Вопрос сохранения Австрии есть вопрос общеевропейской безопасности, но, сетовал Корошец, австрийский государственный организм тяжело болен: его раздирают межэтнические противоречия. Решить же проблемы могут только славяне, которым должны быть предоставлены равные с немцами права. Корошец заканчивал статью словами: "Только славяне спасут Австрию"9 . Подобную же по духу статью "Словенская скромность" Корошец опубликовал в августе 1899 года. Она также пропагандировала идею спасения Австрии славянами10 .

Как известно, словенцы в монархии Габсбургов не только подвергались национальной дискриминации, но и ассимиляции на протяжении нескольких столетий. Поэтому вполне естественно, что, начиная карьеру общественно-политического деятеля, Корошец рано или поздно должен был столкнуться с проблемой немецко-словенских (шире - немецко-славянских) взаимоотношений. Так, во время выборов в земельный парламент Штирии в 1901 г. ему пришлось бороться с немецкими националистами, объединившимися вокруг газеты "Штириец". Корошец и его единомышленники основали в 1901 г. газету "Наш дом", которая и стала их рупором. Во многом благодаря этой борьбе с немецкими националистами имя Корошца стало известно широким массам словенцев, чему немало способствовал и "Штириец", практически каждый выпуск которого содержал упоминание его имени (естественно, что в основном, с отрицательными комментариями). "Наш дом" способствовал и организационному становлению будущей партии Корошца.

Следует отметить несколько основных моментов деятельности Корошца в венском парламенте. Основным ее направлением была борьба за реформирование Австро-Венгрии на триалистических началах, учреждение в Любля-

стр. 39


не университета. Сначала Корошец не включал в свои триалистичные проекты сербов, следуя "генеральной" линии СНП, которая характеризовалась как "австрославизм". Но впоследствии он изменил свою точку зрения, в том числе и под влиянием Я. Крека и убедился, что без сербов невозможны никакие югославянские проекты. Формирование Корошца как политика закончилось во время первой мировой войны, когда он активно включился в процесс югославянского объединения. На протяжении всей войны Корошец вел активную работу по сплочению югославянских сил в Австро-Венгрии. Знаковым событием этой работы стало обнародование 30 мая 1917 г. на первом после роспуска в 1914 г. заседании венского парламента знаменитой "Майской декларации". Она была написана Корошцем и провозглашена им от имени Югославянского клуба (председателем которого он являлся и который объединял депутатов-югославян: хорватов, словенцев и сербов; в состав клуба входили все югославянские посланники, кроме депутатов-либералов), объединявшего югославянских депутатов венского парламента.

"Майская декларация" являла собой дальнейшее более радикальное развитие идеи триализма с включением в этот проект сербов11 . До этого времени клерикалы боролись за объединение в третью часть Габсбургской монархии только католических южных славян: словенцев и хорватов. По своей сути эта декларация носила революционный характер. И здесь можно увидеть, что Корошец находился под определенным влиянием происходивших в России событий, в частности февральской и октябрьской революций, особенно идеи права наций на самоопределение. Именно в этой идее он видел возможность реализовать проект объединения всех югославянских народов. В целом в то время, в отличие от 30-х годов, он видел в коммунистах своих союзников и поддерживал революции в России, утверждая, что именно революционные события в России дадут возможность австрийским славянам заявить о своих правах и объединиться со своими братьями - неавстрийскими южными славянами. Однако поскольку Корошец оставался депутатом венского парламента и лидером депутатской фракции, он вынужден был до определенного времени сохранять лояльность императору и имперскому правительству. По словам Корощца, "эта декларация (Майская) всего лишь была формулой, с которой мы собирались идти в народ и агитировать за Югославию"12 . Более того, на следующий день их принял император и Корошец сказал, что "мы всемерно преданы императору и не поддерживаем лишь политику правительства". Однако толчок освободительному движению южных славян декларацией был дан и уже было сложно остановить дальнейшее развитие югославистских идей среди южных славян, как австрийских, так и неавстрийских.

Некоторые исследователи утверждают, что "Майская декларация" по своей сути ущемляла права сербов, так как в декларации ничего не говорилось о статусе сербского народа, не упоминался принцип равенства исповеданий и прочее 13 . Это утверждение не соответствует действительности. В декларации сказано: "Депутаты, объединенные в Югославянский клуб, заявляют, что на национальных основах и на основе хорватского государственного права требуют объединения всех земель монархии, в которых живут словенцы, сербы и хорваты, в самостоятельную, образованную на демократической основе и безо всякого иностранного господства административную единицу, под жезлом Габсбургско-Лотарингской монархии"14 . "Югославянские депутаты требуют объединения на основе национальных интересов и хорватского государственного права всех земель империи, где живут словенцы, хорваты и сербы, в самостоятельное, демократическое государство без какого-либо чужеземного господства под скипетром Габсбургов"15 . Из этого документа совершенно не следует, что Корошец и другие депутаты хотели ущемить права сербов. Кроме того, важно понимать, что это не была развернутая программа, а всего лишь политическое заявление, поэтому такие выводы, как ущемление прав кого-то, делать неправомерно.

Вторым знаковым событием этого периода для Корошца стала смерть его учителя и политического наставника Я. Е. Крека. Его похороны 13 ок-

стр. 40


тября 1917 г. превратились в крупную демонстрацию в поддержку "Майской декларации". В своей речи Корошец сказал: "Поднимите свои головы, потому что приближается час вашего освобождения. Рука об руку должны мы идти, чтобы добиться объединения югославянского народа"16 . Именно с этого дня он становится известен всему словенскому народу по тем фотографиям, которые были весьма распространены среди народа, редко, кто из словенцев не знал кто же такой Антон Корошец17 .

Ноябрь 1917 г. ознаменовался расколом внутри клерикальной партии. На заседании Югославянского клуба 13 ноября Шуштершич принял решение о выходе из него. Напряженные отношения между сторонниками Шуштершича и христианскими социалистами, существовавшие еще с начала войны, усилились после самовольного исключения Шуштершичем Крека из партии, и накалились, когда Шуштершич стал резко осуждать деятельность югославянских депутатов после обнародования "Майской декларации". Ключевым моментом разногласий было то, что Шуштершич являлся решительным противником существования югославян вне Австрийской империи и возможного объединения с королевством Сербии. Другие же, в том числе и Корошец, не исключали таких возможностей18 . 22 ноября состоялось заседание Исполнительного комитета СНП, который единогласно постановил распустить СНП и образовать так называемую Словенскую крестьянскую партию (распустить партию может только общее собрание членов партии). Именно в этот момент началась ожесточенная борьба между сторонниками Шуштершича и Корошца. Епископ Еглич поддержал Корошца. 27 декабря в Любляне состоялось общее собрание членов СНП, которое признало действия Шуштершича незаконными, исключило его из партии и избрало Корошца председателем Всесловенской народной партии (ВНП). На этом посту он оставался до своей кончины в декабре 1940 года. Кстати, "Словенец" взял сторону Шуштершича, и его редакторский состав был сменен19 . С этого времени и до конца существования СНП (или ВНП) иначе как "Партией Корошца" и не называли. Корошец стал лидером словенской политики, вождем словенского народа (его сторонники называли Корошца "отцом словенцев"20 ).

Третьим знаковым моментом являлось создание Государства сербов, хорватов и словенцев на базе югославянских земель Австро-Венгрии. 5 и 6 октября в Загребе собрались представители словенцев, хорватов и сербов из Словении, Триеста, Истрии, Хорватии, Боснии и Герцеговины, Далмации и Воеводины и объявили о создании Народного веча (правительства) словенцев, хорватов и сербов. 8 октября к Народному вечу СХС присоединилась так же и хорвато-сербская коалиция, которая была самой мощной партией в Хорватии.

После установления этого веча Корошец вернулся в Вену, где 11 октября был принят императором, которому он объяснил причины его установления. Причем император снова отказался от федерального преустройства монархии. Это окончательно убедило Корошца, что в самой империи они не получат того, что они требуют. 17 октября Корошец был избран председателем правительства (Народного веча). 29 октября президиум Народного веча СХС объявил о создании Государства СХС21 и выходе его из состава Австро-Венгерской империи22 .

27 октября Корошец с секретарем Югославянского комитета23 словенцем Ф. Жерьявом отправился в Женеву, откуда 3 ноября послал ноту всем союзным державам с требованием признать Народное вече в Загребе законным правительством югославян бывшей Австро-Венгерской империи, так как югославяне - союзники Антанты и много добровольцев-югославян воевали на ее стороне. В Женеве Корошец установил контакты с хорватом А. Трумбичем и сербским премьер-министром Пашичем. 6 ноября начались переговоры между Корошцем и Трумбичем с одной стороны и Пашичем с другой о создании единого государства. Корошец и Трумбич потребовали признания Народного веча в качестве общего правительства. Пашич же пред-

стр. 41


ложил общих 17 министерств для Сербии и Государства СХС. Уже 8 ноября Пашич признал от имени правительства Сербии Народное вече СХС в качестве законного правительства югославян бывшей империи, а Трумбича его представителем при союзниках. 9 ноября была заключен "Женевский договор", который подтвердил стремление сторон к образованию единого государства, но по сути дела эта декларация была беспредметна. В тот же день была обнародована декларация, которая разъясняла, что содержится в "Женевском договоре". 11 ноября Корошец, Трумбич и Жерьяв отправились в Берн для посещения швейцарского парламента, а 12 ноября - в Париж, откуда должны были вернуться домой, но возникли проблемы с проездными документами. Когда Корошец приехал домой, было уже 2 декабря, а 1-го декабря было создано Королевство СХС под скипетром династии Карагеоргиевичей. Корошец очень легко принял образование единого государства. Переговоры нового сербского премьер-министра С. Протича с председателем Хорватско-сербской коалиции С. Прибичевичем проходили без участия Корошца, который был назначен заместителем председателя правительства. Сама работа правительства началась 20 декабря в Белграде. Таким образом, начался уже новый этап деятельности Корошца - в Королевстве сербов, хорватов и словенцев24 .

Образование Королевства СХС означало наступление действительно нового этапа в жизни Корошца. Фактически он - один из отцов-основателей нового государства. В течение 20-х годов Корошец неоднократно занимал различные министерские посты. Деятельность Корошца в Королевстве СХС в 1918 - 1929 годах можно разделить на три этапа. Первый охватывает период до принятия Видовданской конституции 1921 года. В этот период Корошец активно работал в правительстве. Основная его "забота" - это борьба за автономистский проект конституции. Во время второго этапа (с 1921 по 1927 гг.) Корошец находился в оппозиции и боролся за автономию Словении в составе единого государства. Это время было достаточно тяжелым для Корошца. Рейтинг его партии и его лично упал, и он пытается поправить положение, уйдя в оппозицию, причем весьма радикальную. Он сознает, что та внутригосударственная ситуация, которая сложилась после принятия Видовданской конституции, крайне нестабильна и грозит развалом государства. Но эти опасения не мешают занять ему весьма радикальную позицию по отношению к правящему режиму. Союзников Корошец выбирает также весьма радикальных: Хорватская крестьянская партия (ХКП) С. Радича и Югославянская мусульманская организация (ЮМО) М. Спахо, вместе с которыми борется за автономистское устройство государства. Со временем он понял, что путь радикальной оппозиции является тупиковым и отходит от своих союзников. Практика показала, что путь умеренной и конструктивной оппозиции куда более успешен, нежели путь радикалов. В целом, за исключением некоторых эпизодов (например, выпущенной 31 декабря 1932 г. весьма радикальной автономистской "Словенской декларации"), Корошец сохранит подобную позицию до конца своей жизни и политической деятельности.

Как мы уже выше упоминали, в течение 20-х годов Корошец находился под определенным влиянием революционных идей, сформированных февральской и октябрьской революциями в России. Корошец безоговорочно поддерживал в то время тезис права наций на самоопределение. Именно поэтому он боролся за федералистское устройство Югославии, упорно отстаивал именно федералистский проект конституции государства. Частичная приверженность левым идеям выражалась в этот период и в том, что Корошец именно в 20-е годы не исключал возможности сотрудничества с коммунистами, как в политическом плане (на ряде выборов в местные органы управления в Словении СНП и коммунисты шли в одном блоке), так и в социально-экономическом (осуществление ряда программ помощи словенским крестьянам). Однако сотрудничество с коммунистами не было долгим (оно и не могло быть долгим, и было вызвано лишь тактическими соображениями) и прекратилось уже к 1927 году, когда СНП вошла в состав правящей коалиции.

стр. 42


Во время первого и второго этапов Корошцем и его соратниками были предприняты попытки создания единой клерикальной организации для всего государства - Югославянской народной партии. Но они не привели к должному успеху. Причиной этого была не слишком большая популярность Корошца и его идей среди не словенского населения королевства.

Рубежом, отделяющим этот этап от третьего, является Бледский Договор, заключенный 10 июля 1927 г. Корошцем с премьер-министром В. Вукичивечем, по которому в обмен на ограниченную автономию Словении Корошец обязывался поддерживать правительство в парламенте. Стоит отметить, что до конца словенцы так и не добились ограниченной автономии.

Пиком карьеры Корошца можно считать назначение его премьер-министром Королевства летом 1928 года. Этому предшествовал тяжелейший политический кризис, разразившийся после убийства П. Радича, одного из лидеров ХКП. Убийство Радича стало результатом острейшего противостояния между правительством и оппозицией. Ситуация в государстве накалялась день ото дня и поэтому Корошец, назначенный министром внутренних дел, взял на себя большую ответственность. Он полностью осознавал то, что он делал. Так, его секретарь Й. Крошель вспоминал: вступая в должность министра внутренних дел Корошец прекрасно понимал, что события развиваются с такой скоростью, что могут вылиться в крупные манифестации, которые могут перерасти в столкновения с полицией (что и произошло)25 .

Собственно беспорядки начались уже в мае. Так, Корошец в связи с указом короля запретил манифестации в стране, обращенные против Неттунских конвенций (в июне 1928 г. истекал срок действия договора с Италией и планировалось его возобновить, сохраняя статус-кво границ между Италией и Югославией, в том числе и подтверждение присоединения к Италии г. Триеста), которые собиралась провести Крестьянско-демократическая коалиция (КДК) 29 мая 1928 года в Сараево, Загребе и городах Далмации26 . Но они все-таки провели демонстрации 30 мая в Белграде и Скопье и 31 мая в Любляне. В результате неправомерных действий демонстрантов полиция была вынуждена применить силу, вследствие чего произошли столкновения, ставшие кровавыми в Белграде (студенты провоцировали полицию - так считают правые, а левые по своему обыкновению считают, что столкновения спровоцировала полиция) 27 . Выступления прошли под лозунгами "Долой Муссолини, долой Корошца"28 .

Эти события стали прологом к событиям в скупщине в июне 1928 года. Оппозиция в парламенте 1 июня начала акцию против Корошца и всего правительства, обвиняя Корошца в том, что он стал виновником кровавых столкновений в Белграде. Оппозиция начала бойкот заседаний скупщины29 .

Горячие прения в парламенте закончились стрельбой: депутат-радикал П. Рачич в ответ на выступления депутатов от ХКП открыл стрельбу, убив П. Радича и ранив Степана Радича30 . Этот расстрел послужил началом политического кризиса, приведшего к установлению диктатуры короля Александра, известной как диктатура 6-го января.

В истории с покушением на Радича нас интересует роль Корошца31 . Дело в том, что Корошца практически сразу же после произошедшего обвинили в причастности к покушению. В основном, это делали представители

стр. 43


ХКП и оппозиции. Надо отметить, что мнение о причастности Корошца к произошедшему присуще и некоторым историкам СФРЮ. Так, З. Кулунджич утверждает, что Корошец не только знал, что готовится покушение на Радича, но и был одним из его организаторов32 . Кулунджич считает, что Корошец специально в тот день отдал приказ об уменьшении количества полицейских в здании скупщины, и поэтому они не могли остановить стрелявшего. Свою аргументацию Кулунджич дополняет тем, что П. Рачич пошел в МВД на прием к Корошцу после покушения не для того, чтобы сдаться, а для того, чтобы "доложить о выполнении задания". Абсурдность подобных обвинений в общем-то очевидна (кстати, иначе как "кровавый поп" Кулунджич Корошца не называет; предисловие к книге написал известный Ф. Чулинович, который в своей книге "Югославия между двух войн" ничего не говорит о роли Корошца в организации покушения). Во-первых, в ведении Корошца как шефа МВД не находилась скупщина, так как она имела свою собственную охрану и свою администрацию и не подчинялась правительству. Поэтому, Корошец не мог отдать приказ, связанный с охраной парламента. Во-вторых подобный стиль политической борьбы, как покушение, вообще не свойствен Корошцу. Он всегда был законопослушным гражданином. Более того, если бы Корошец был действительно участником покушения на Радича, то он бы тем самым поставил под удар всю СНП и словенцев. Естественно, на такой огромный риск он пойти не мог. В-третьих, само покушение носит характер не спланированного. Ведь если бы был тайный заговор против Радича, то уж наверняка "заговорщики" не пошли бы на такой шаг, как публичный расстрел в скупщине. Подобная точка зрения дает возможность представителям "хорватской национальной науки" говорить о "законной вооруженной борьбе хорватского народа против великосербской гегемонии". Надо отметить, что спор о причастности Корошца к покушению на Радича не потерял своей актуальности. Так, например, ссылаясь на некие "тайные архивные документы", современные представители ХКП говорят о "безусловной причастности правительства, прежде всего министра внутренних дел Корошца, к организации покушения на Степана и Павла Радичей"33 .

Инцидент в парламенте стал причиной отставки правительства Вукичивеча 3 июля 1928 г. и массовых беспорядков по всей стране. Сразу же стал вопрос о его преемнике. Сначала мандат получил А. Стоянович, затем раненый С. Радич, но они оба отказались от мандата, сказав, что требуют сначала проведения выборов в парламент. После их отказа мандат был вручен генералу Н. Хаджичу, но тот 23 июля вернул мандат. Поэтому мандат был вручен Антону Корошцу, который и сформировал правительство 27 июля34 .

Существует уникальное свидетельство самого Корошца, о котором сообщает Р. Ханджелич35 . Насколько правдив этот рассказ, судить сложно. Король, как известно, был расположен к Корошцу, что подтверждают и исследователи, говоря, что по данным дневника короля Александра, монарх очень уважал Корошца за его преданность династии и способность идти на компромиссы, не поступаясь принципами36 . Ханджелич пишет37 : "Корошец рассказывал: Вскоре после стрельбы в Радича, у короля появилась навязчивая идея, что придется Югославию разделить. Это же он повторил тем политикам, которые пришли к нему на аудиенцию, в том числе и мне. Я ему ответил: "Вы этого не сделаете". Но король снова и снова повторял свое. И я не отступал. Тогда король спросил, почему он этого не сделает. Я ответил: "Потому что вы разумный человек". Но король все равно продолжал твердить свое. Тогда я сказал "Это не ваши идеи, а идеи придворной камарильи". "Какой камарильи?" - удивился король и начал очень нервно курить - сигарету за сигаретой, бросая окурки на пол. Я спокойно их собирал и складывал в пепельницу. Так, он выкурил 5 сигарет. Потом наступило тягостное молчание. А затем король положил руку на мое плечо и мне спокойно сказал: "Поп - ты будешь моим премьер-министром". Так, Корошец стал председателем правительства". Весьма странный, с одной стороны, рассказ, а с другой стороны, вполне характерный для Корошца, если вспомнить, напри-

стр. 44


мер, его лекцию о создании Югославии, где Корошец пересказывает свои разговоры в подобной странной и сумбурной манере38 . Кстати, об этом разговоре свидетельствует тогдашний личный секретарь Корошца - Й. Крошель 39 .

Исследователи, указывая причины назначения Корошца на пост премьер-министра, говорят, что он был назначен на этот пост, поскольку правящие круги хотели видеть во главе правительства, во-первых, не серба, во-вторых, человека, который сможет смягчить противоречия между Белградом и Загребом40 . Но этого не удалось достичь, поэтому и правительство Корошца просуществовало так недолго.

Формирование правительства произошло 27 июля 1928 года. Надо отметить, что ни один из соратников Корошца не задался вопросом: а почему, собственно, Корошец стал председателем правительства. Для них это было естественным продолжением его карьеры. Более того, их не интересовал сам процесс формирования правительства. И самой деятельности правительства они уделили весьма мало внимания41 . В состав правительства вошли представители Демократической, Радикальной и Хорватской народной партий. Кроме того, в правительство вошел представитель Югославянской мусульманской организации. Корошец помимо премьер-министра, занял пост и министра внутренних дел. Собственно новое правительство было основано на личностях В. Вукичевича, Л. Давидовича (глава Демократической партии Сербии), А. Корошца и М. Спахо. Против этого правительства выступали С. Прибичевич и С. Радич (правда, последний умер 8 августа и на его место пришел еще больший радикал В. Мачек)42 .

28 июля была опубликована декларация правительства, которая предусматривала проведение срочных мероприятий: установление внутреннего мира в государстве, реорганизация государственного аппарата, принятие нового налогового закона и т.п. Проект реорганизации государственного аппарата был закончен к середине декабря (он был опубликован в "Словенце" 15 декабря). Так, он предусматривал ревизию конституции. Страна делится на три области, на основе партийно-федералистского принципа. Сербией, Македонией, Черногорией и Боснией управляли бы радикалы и демократы. Хорватией, Далмацией и Герцеговиной управляла бы ХКП, а Словения, естественно, попадала бы под контроль СНП. Этот в целом антидемократический проект, выражает собой желание политической элиты страны юридически и на государственном уровне закрепить разделение страны на сферы влияния. Ни одно из этих программных действий не было выполнено, хотя соратники Корошца утверждают, что ему все-таки удалось "успокоить" страну43 . Однако у правительства не было четкой программы по выводу страны из кризиса, и оно пыталось, главным образом, решать свои собственные проблемы. Хотя, за время, в течение которого действовало правительство, вообще было сложно сделать что-либо позитивное, особенно в условиях надвигающегося мирового экономического кризиса и постоянных волнений в стране.

Основой деятельности правительства Корошца было установление "мира и порядка" в государстве. Можно назвать политику Корошца - "политикой твердой руки". Его действия были направлены, прежде всего, на подавление различного рода экстремистов: коммунистов, албанских и болгарских террористов, а также против Сокольского союза Югославии, в которых он видел боевую силу либерально-унитаристского лагеря. Правительство Корошца так и не сумело "усмирить" оппозицию и победить сепаратистские силы.

Правительство просуществовало весьма не долго. Предвестником краха правительства Корошца стал массовый митинг оппозиции 1 декабря 1928 г. в Загребе. В это время по всей стране торжественно отмечали 10-летие создания единого государства. Оппозиция бойкотировала эти торжественные шествия и устроила альтернативные митинги в Загребе и Белграде. В столице произошли столкновения с полицией, в результате чего погибли трое студентов44 . На митинге в Загребе, организованном ХКП, звучали призывы к отделению Хорватии от единого государства. Таким образом, хорватское национальное движение окончательно приобрело вид сепаратистского45 .

стр. 45


Кризис правительства наступил 7 декабря, когда из него вышел Л. Давидович, написав на имя Корошца письмо, обвинив его в авторитарном стиле управления, в установлении террористического режима и т.п.46 . Правительство просуществовало до 20 декабря, когда подало в отставку. Таким образом, у короля открылся прямой путь к установлению собственной диктатуры, что и произошло 6 января 1929 года.

Надо сказать, что период с 1918 по 1929 годы является временем становления Корошца как югославянского политика. За это время он окончательно выработал свой стиль политики: конструктивная оппозиция и участие в правительствах.

Одним из самых сложных периодов в жизни Корошца стала его политическая деятельность в 30-е годы, после государственного переворота короля Александра. Корошец был единственным из всех политиков, который поддержал переворот. По сути дела он своим согласием на поддержку январской диктатуры ставил себя в весьма невыгодное положение. Единственный из всех словенских политиков Корошец принял с пониманием действия короля Александра по укреплению, как ему казалось, расшатанного государственного строя. Представляется, что лидер клерикалов надеялся на некоторое улучшение ситуации, а когда этого не произошло, то вышел из правительства.

В Словении установление диктатуры было встречено достаточно спокойно, хотя наблюдалось общее недовольство попранием демократических свобод. Клерикалы в целом полагались на "политическое чутье" Корошца, который расценивал переворот короля "как логическое продолжение развития кризиса парламентского строя"47 . Соратники Корошца, осмысляя уже в эмиграции причины того, почему Корошец поддержал короля, недоумевают и приводят самые различные версии, которые, однако, сводятся к одному: Корошец стремился защитить интересы словенского народа48 . Свою позицию Корошец высказал в беседе с выше упоминавшемся М. Креком намного позднее описываемых событий (хотя когда именно Крек не указывает)49 .

Так Корошец рассказывал: "Я поверил королю, когда он говорил, что ищет мирные средства для разрешения кризиса и обновления парламента. Я видел и был убежден, что обычными политическими средствами в той ситуации напряженности и озлобления, нельзя было сохранить парламент. Так же я хотел остаться для короля советником, потому что видел, что унитаристы, некоторые военные и другие советчики могут дать ему вредные советы. В конце концов я стал перед выбором: либо принять предложения короля, либо оставить этот союз, который бы мог нам принести много пользы во время диктатуры. Что диктатура будет тяжелой, я и так знал. Так же было ясно, что парламентская система не могла разрешить создавшихся проблем. Что наши политические противники в Словении режим диктатуры использовали бы, если бы нашего представителя не было в правительстве, для нанесения вреда нашим людям и учреждениям, что мы наблюдали тогда, когда мы были в оппозиции. Об всем этом я размышлял, когда посреди ночи за мной прибыл придворный автомобиль с затемненными окнами и отвез в дворец, где мне, как и другим собравшимся, генерал Петр Живкович объявил как распределены места в правительстве. Я думал, что всему нашему народу я облегчил и сократил это время страданий".

Это отрывок нам, во-первых, показывает, что Корошец делал все абсолютно сознательно, во-вторых, демонстрирует его стремления извлечь из сложившейся ситуации максимальную пользу для словенцев. Кроме того, во многом, это его решение было принято, чтобы оказать воздействие на короля с целью добиться некоторых выгод для Словении.

Остается пока открытым вопрос: по собственной инициативе Корошец вошел в правительство или же его об этом просил король. Его соратники этого вопроса не проясняют. Первой версии придерживаются М. Стоядинович50 , сербский историк М. Зечевич51 . В свою очередь Т. Стоиков полагает, что сам король Александр попросил его об этом52 , так как для короля было важно заручиться поддержкой лидера одной из крупнейших политических

стр. 46


партий, которая стояла в стороне от сербо-хорватского конфликта. Лучшей кандидатуры, чем Корошец, было не найти. Вторую версию (о том, что король сам предложил Корошцу пост министра) подтверждает и сам Корошец в том отрывке воспоминаний, который был приведен выше.

На протяжении 30-х годов Корошец по-прежнему был лицом словенской нации. Выросло уже целое молодое поколение словенцев, которое не мыслило словенской и югославянской политики без Корошца53 . Тем не менее, ему все труднее и труднее было сдерживать напор радикального автономистского движения внутри СНП, чему свидетельством может быть знаменитая "Словенская декларация" от 31 декабря 1932 г., поставившая ультиматум правящему режиму с требованиями воссоединить словенский народ и дать словенцам широкую автономию54 . Это был неожиданный для общественности и политических кругов ход словенских клерикалов. Удивление было тем сильнее, что Корошец был известен среди оппозиции как сторонник сближения с королем, а эта декларация отрезала все пути к переговорам с королем. Содержание "Словенской декларации" было следующим:

1. Словенский народ на сегодняшний день разделен между четырьмя государствами: Югославией, Италией, Австрией и Венгрией. Основное наше требование - это объединение всех словенцев в одну территориально-политическую единицу, так как только в единой территориальной единице ему может быть обеспечено культурное и социально-политическое развитие.

2. Большая часть словенцев живет в Югославии и именно перед ними стоит задача объединения всех словенцев.

3. В связи с двумя предыдущими пунктами словенский народ в югославянском государстве должен получить такой статус, который бы служил своего рода маяком для других словенцев, проживающих в других государствах. Для решения этой задачи нужны: а) национальная суверенность, национальное название, национальное знамя, этническая общность, экономическая, культурная и политическая свобода, б) расширенное социальное законодательство, которое должно обеспечить жизненные интересы словенцев, особенно крестьян и рабочих.

4. Для достижения этих целей нужно, чтобы мы - словенцы, хорваты и сербы были объединены на основе свободного и равноправного договора, который бы устанавливал на демократической основе государство равноправных территориально-национальных единиц, одной из которых должна быть Словения.

5. Подобное административное деление государства требуют также Крестьянско-демократическая коалиция и Радикальная партия. Мы, словенцы, присоединяемся своей декларацией к их требованиям и хотим вместе бороться за достижение наших целей, как у себя на родине, так и во всем государстве 55 .

Итак, "Словенская декларация" требовала немедленной реформы административного деления государства - создание автономных единиц. Но если это требование было не ново для клерикалов - они с этим требованием выступали практически с самого начала создания единого югославянского государства, то требование реорганизации государственного строя на конфедеративной основе ("свободный договор между территориальными единицами") было новым. Более того, каждая единица должна иметь все атрибуты независимого государства (флаг и т.д.), а также независимость в проведении экономической и социальной политики. То есть Корошец и его товарищи требовали создания вместо жесткого централизованного государства, каковым являлось Королевство Югославия на момент написания декларации, децентрализованной конфедерации, минуя стадию федерации. И это при всем том, что даже во время январской диктатуры Словения имела особый статус и была единственной национальной единицей, неразделенной в административном плане (границы Дравской бановины практически совпадали с национальными границами Словении). Более того, в первом пункте говорилось, что Югославия не является родиной словенцев, а лишь одним из

стр. 47


четырех государств, в которых живут словенцы. Именно в этом и видится чрезвычайная радикальность декларации. Реализация требований Корошца могла привести к гибели единого государства, особенно в тех внутренних и внешнеполитических условиях. В политической карьере Корошца эту декларацию по своему крайне радикальному характеру можно сравнить лишь с "Майской декларацией" 1917 года.

Трудно сказать, обнародование декларации 1932 г. было лишь популистским шагом и политическим маневром или же Корошец искренне верил в то, что он написал. К сожалению, ситуацию не проясняют и соратники Корошца. Так, И. Ахчин пишет: "По вопросу словенской декларации... в лагере Корошца не было полной ясности. Неприятельская пропаганда утверждала, что Корошец не имел никакого отношения к написанию декларации, ему ее составили и заставили подписать люблянские политические круги (имеется ввиду руководство СНП. - А. П.), а Корошец взял "грех" на себя, чтобы сохранить единство партии. Но правда заключается в том, что Корошец не только был автором "пунктаций", но и призывал люблянское руководство выступить за нее... Нам Корошец рассказал некоторое время спустя, что была определенная договоренность между лидерами оппозиции выступить с совместным заявлением перед югославянской и мировой общественностью (это подтверждает и декларация Югославской мусульманской организации, обнародованная в конце января 1933 г. - А. П.)" 56 .

Корошец как бы "испугавшись" эффекта подобной радикальной декларации, обнародовал новую декларацию (произведшую не меньше шума в политических кругах Югославии), в которую были внесены некоторые изменения. Так, в первый пункт было добавлено: "Словенцы считают Югославию своей родиной и являются свободными". Второй пункт, в котором говорилось, что главная задача словенцев, живущих в Югославии - добиваться объединения всех словенцев, был дополнен следующим: "Эта цель может быть достигнута лишь совместно с сербами, хорватами и словенцами в едином и мощном государстве" 57 . Интересно, что о второй версии "Словенской декларации" никто из соратников Корошца не пишет.

Итак, как мы видим история с двумя декларациями достаточно запутанная. Ясно, что автором был Корошец, поскольку он был независимым политиком и мало подвергался влиянию других, особенно в таких важных делах, как декларации. Поэтому нельзя согласиться с теми исследователями, которые говорят, что Корошец написал декларацию под влиянием своих советников 58 . Но можно с уверенностью сказать, что радикальные автономистские настроения были достаточно широко распространены среди сторонников СНП в это время59 .

Обнародование "Словенской декларации" имело эффект разорвавшейся бомбы. Особенно она поразила правящие круги, так как Корошец был единственным из известных старых политических деятелей Королевства СХС, который согласился войти 6 января в правительство Живковича. Не были секретом и дружеские отношения между Корошцем и королем (правда, их отношения несколько охладились после выборов в скупщину в ноябре 1931 г.). Более того, "Словенская декларация" обсуждалась во всей Европе, и это могло нанести ущерб правящему режиму в Югославии, даже больше, чем "Хорватская декларация". Именно по этим причинам правящие круги в начале января решили привлечь Корошца на свою сторону. Но переговоры, проводимые председателем правительства А. Скршичем не привели к положительным результатам и поэтому было решено отправить Корошца и его ближайших соратников в ссылку60 .

Своего рода знаковым можно считать празднование 60-летнего юбилея Корошца, прошедшего в мае 1932 года. Юбилей отмечался с необыкновенным размахом по всей Словении, что продемонстрировало лишний раз необыкновенную популярность, которой пользовался Корошец среди словенцев.

Важным этапом политической деятельности Корошца в 30-е годы стоит назвать его работу на посту министра внутренних дел в первом правительстве М. Стоядиновича. В этот период он активно борется с коммунистами и фашистами, в которых видит угрозу целостности и спокойствию Югославии. Для Корошца в это время происходит несколько важных событий: создание

стр. 48


Югославянского радикального союза (Радикальная партия, ЮМО и СНП) - главной центристской партии второй половины 30-х годов, воссоздание местного самоуправления и подписание и ратификация конкордата с Ватиканом. Причем, во всех трех случаях Корошец активно работал для реализации этих проектов.

Основными направлениями его деятельности на посту главы МВД стало усмирение волнений, противодействие сепаратистским и различным экстремистским силам: усташам, немецким нацистам, скрывавшимся под вывеской "Культурбунда", коммунистам. Кроме того, он старался наладить более эффективное управление полицейскими силами королевства. Так, по его инициативе в 1936 г. были созданы местные отряды самообороны с целью ликвидации распыления сил полиции на охрану и контроль небольших населенных пунктов, а также повышения авторитета полиции в глазах местных жителей. Не забывал он, конечно же, и нужды Словении. Так, он вложил немало сил в то, чтобы в Любляне была построена университетская библиотека (которая на сегодняшний день остается самой крупной в Словении - Национальная и университетская библиотека)61 .

Пост министра внутренних дел был для Корошца крайне тяжелой должностью, хотя и весьма почетной. Его деятельность на этом посту подвергалась резкой критике как левыми, так и правыми. В "Истории Югославии" ошибочно говорится, что именно Корошец повинен в "кровавых расправах над рабочими" 62 . Как мы можем понять из всей его деятельности ему была чужда жестокость. Также его предписания начальникам полиции не менее красноречиво свидетельствуют о том, что он был против любого пролития крови. Другой вопрос, что он был рьяным противником коммунистических, атеистических и материалистических идей. В его политической карьере были такие моменты, которые могут даже заставить усомниться в его антикоммунизме. Так, он положительно воспринял октябрьскую революцию в России, которую он приветствовал не за коммунистические идеи, а за то, что она провозгласила право наций на самоопределение. То есть именно то за что боролся Корошец и его товарищи из Югославянского клуба во время первой мировой войны. Кроме того, однажды на выборах в местные органы самоуправления его партия шла в одном блоке с коммунистами во имя помощи крестьянам. Ведь сам Корошец был христианским социалистом, то есть он придерживался социалистических идей в вопросе переустройства мира и был ярым противником "дикого" капитализма. Но не менее важным для Корошца был вопрос о христианстве. Для него христианство было главным стержнем всей жизни, приверженность католической церкви была обязательной. Он считал, что безбожный и материалистический социализм - одна из главных опасностей его времени. Он опасался, что народ, веруя в утопические коммунистические идеалы, пойдет за коммунистами, которые отвратят народ от Бога. А что такое по сути дела коммунизм? Это христианство без Бога. И именно простой народ (в особенности крестьян) очень легко обмануть этим фальшивым христианством (что произошло и в России в начале XX века, и в Югославии во время второй мировой войны). Кроме того, коммунисты предлагали насильственный путь реформ, и своей деятельностью они так же как усташи, расшатывали государственный строй Югославии. Именно в связи со всеми этими причинами Корошец так яростно выступал против коммунистов, особенно в середине 1930-х годов, когда окреп СССР, когда к власти в Испании пришли республиканцы, среди которых были коммунисты и анархисты.

Врагами государства, с которыми следует бороться, Корошец считал фашизм, а особенно популизм и коммунизм, которые предлагают легкие и нереальные пути решения национальных, экономических и культурных проблем государства. В этой связи основная деятельность Корошца была, естественно, помимо собственно запретительных мер, в разъяснении населению политики правительства через средства массовой информации: "Полицейские акции и аресты - это лишь временные и малоэффективные меры, - говорил Корошец во время одного своего выступления перед членами правительства. - Идеям нужно противопоставить идеи. Именно церковь и школа должны играть одну из главенствующих ролей в нашей борьбе. Также долж-

стр. 49


ны помогать в нашей борьбе политические партии, культурные и социальные общества и экономические организации, которые должны охватить весь народ... Все, кто любит свободу и демократию, должен бороться против коммунизма и популизма. Министерство внутренних дел будет и дальше, как и до сих пор, без страха, без колебаний бороться за все идеалы нашей югославянской родины". Когда в марте 1936 г. было совершено покушение на М. Стоядиновича, Корошец выступил со следующим заявлением: "Если мы хотим здоровую демократию, то должны исключить из политической жизни любое насилие. Не должны стрелять в тех, кто думает не так как мы. Не сжигать дома тех, кого выбрали другие депутатом. Подобные поступки не просто антигосударственные - они антихристианские"63 .

На посту министра внутренних дел Корошец боролся с антиюгославянской деятельностью "Культурбунда" - объединения немцев Югославии, которых достаточно много было в Словении. В результате он приобрел множество врагов, однако окончательно пресечь подрывную деятельность этой организации ему не удалось64 .

Последние годы жизни лидера клерикалов дали словенцам надежду на создание автономии. Над этим Корошец работал все время в едином королевстве, однако, наиболее близко он подошел к своей цели в 1939 г., когда был подписан договор Цветкович - Мачек, провозглашавший создание бановины Хорватия. Корошец делал все, чтобы словенцы также получили свою автономию, и в результате была создана Дравская бановина. Не менее важным в политической карьере Корошца была его работа в правительстве Цветковича-Мачека в должности министра просвещения. К сожалению, в Государственном Архиве Сербии и Черногории не сохранилось документов, касающихся деятельности министерства просвещения именно этого периода, поэтому невозможно подробно рассмотреть деятельность лидера клерикалов на посту министра просвещения.

Антон Корошец был видным политическим деятелем. Начав свою карьеру в Австро-Венгрии он продолжил ее в едином государстве югославян, где он достиг вершин своей политической карьеры. Однако до сих пор остается открытым вопрос: каким был политик и человек Корошец. Большинство из тех, кто о нем писал, либо восхваляли его, либо наоборот принижали. Даже современные словенские историки, которые в 1990 г. выпустили первый и единственный сборник статей о нем, рассматривали его деятельность через призму "полезности" борьбы словенцев за независимость. Поэтому каких-либо объективных оценок деятельности и жизни Корошца пока не существует.

Любой политик в своей деятельности исходит из определенных принципов и представлений. Для Корошца платформа, на которой он строил свою работу, была следующей: автономия словенцев, католицизм, христианский социализм и католическая политическая партия. Если говорить о периоде существования Югославии, то это - югославизм. Кроме того, одной из главнейших черт Корошца как политика был прагматизм, выражавшийся в возможности сотрудничества со многими различными, даже враждебными, политическими силами.

Антон Корошец всегда следовал своим принципам и своей идее, главной из которых была автономия словенцев. Эта проблема была в центре его внимания в течение последних 20 лет его жизни. Из-за нее он попал в ссылку ("Словенская декларация"), из-за нее он не раз уходил из правительства. Однако не стоит думать, что он был сепаратистом. Существование Югославии для него было обязательным. Он прекрасно понимал, что без Югославии независимое государство словенцев просто-напросто "съедят" соседи: Австрия, Венгрия и Италия - то, что практически произошло во время месячного существования Государства СХС. Более того, в необходимости существования Австро-Венгрии он также до 1917 г. не сомневался.

Не менее обязательным для Корошца была приверженность католической церкви. Для лидера клерикалов католицизм был не просто конфессией, а национальной религией словенцев. Вместе с тем, Корошец считал католи-

стр. 50


цизм главной сдерживающей силой против волны атеистического коммунизма, в котором он, наравне с фашизмом, видел одну из главных опасностей для всего мира и, в том числе, для словенцев. Кроме того, не следует забывать, что Корошец был священником католической церкви.

Будучи клерикалом и противником коммунизма, Корошец вместе с тем был и христианским социалистом. К сожалению, об этой стороне его деятельности известно не так много, однако, можно с уверенностью сказать, что идеи христианского социализма были одними из важнейших для Корошца. Христианским социалистом он стал, будучи семинаристом, еще даже до знакомства с Янезом Креком. Корошец родился в крестьянской семье со средним достатком именно тогда, когда шло полным ходом разорение сельских хозяйств Словении. На него это наложило огромный отпечаток. А одной из главнейших задач христианского социализма было оказание помощи разорявшимся крестьянам. Идеи христианского социализма неразрывно связаны с идеями самого христианства - это реализация христианских постулатов. Корошец оставался христианским социалистом до конца своих дней, возглавляя Кооперативный союз Югославии.

Большое значение для Корошца имела Словенская народная партия, одним из организаторов которой был он сам. СНП была народной партией, опиравшейся на авторитет католической церкви, она защищала интересы большинства словенского народа, а также католической церкви.

Корошец был идейным сторонником Югославии - он исповедовал юго-славистские идеи. Как уже выше отмечалось, он прекрасно понимал, что без Югославии Словения не сможет существовать. Именно поэтому он являлся последовательным сторонником единого государства, он поддерживал короля Александра даже тогда, когда большинство политических деятелей и партий ушло в оппозицию (установление диктатуры 6 января 1929 года).

Примечания

1. BISTER F. J. Zivljenje in delo dr. Antona Korosca do prve svetovne vojne. -Zivljenje in delo dr. Antona Korosca. Prispevki za novejso zgodovino. Letnik XXXI, st. 1. Ljubljana. 1991, s. 7.

2. SLAVIC M. Dr. Korosec od blizu. - Slovenec, 10.V.1932.

3. Skofijski Arhiv Maribor. Lipica. Leposloven in znanstvenen list mariborskih bogoslovcev. Letnik XXI / 1892 - 1893, st. 8, s. 250 - 257.

4. Skofijski Arhiv Maribor. Letnik XXII / 1894, st. 2, s. 55 - 75.

5. SLAVIC M. Op. cit.

6. KREK M. Iz zivljenja in dela dr. Antona Korosca. - Zbornik Svobodne Slovenije 1961. Buenos-Aires. 1960, s. 75.

7. KREK. J.J. Crne bukve kmeckega stanu. Ljubljana. 1895.

8. Slovenski gospodar, st. 7, 17.11.1898.

9. Slovenski gospodar, St. 46, 17.XI.1898.

10. Slovenski gospodar, st. 31, 3.VIII.1899.

11.О "Майской декларации" существует обширнейшая литература. Но наиболее полно с научной точки зрения эта декларация разбирается в книгах PLETERSKI J. Prva odlocitev Slovencev za Jugoslavijo (Politika na domacih tleh med vojno 1914 - 1918). Ljubljana. 1971; ZECEVIC M. Slovenska Ljudska Stranka in jugoslovensko zedinjenje 1917 - 1921. Od majniske deklaracije do vidovdanske ustave. Maribor. 1977.

12. KRANJEC S. Koroscevo Predavanje о postanku Jugoslavije. - Zgodovinski Casopis XVI / 1962, s. 222.

13. BUDISAVLJEVIC S. Stvaranje drzave Srba, Hrvata I Slovenaca. Povodom cetrdesetgodisnice Jugoslovenskog ujedinjenja. Zagreb. 1958, s. 192 и др.

14. Zapisniki poslanske zbornice: 1 seja (30.V.1917).

15. Stenographische Protokolle iiber die Sitzungen des Hauses der Abgeordneten des osterreichischen Reichsrates. XXII. Session. 1 Sitzung. 30.V.1917. Wien. 1917.

16. Slovenec, st. 236, 15.X.1917.

17. JURCEC R. Skozi luci in sence 1914 - 1958. Prvi del (1914 - 1929). Buenos-Aires. 1964, s. 81 - 82.

18. PLETERSKI J. Pogledi Ivana Sustersica na jugoslovansko gibanje, samoodlocbo in Jugoslavijo. - Slovenske Zamisli о prihodnosti okrog leta 1918. Ljubljana. 2000, s. 104 - 107.

19. ERJAVEC F. Zgodovina Katoliskega gibanja na Slovenskem. Ljubljana. 1928, s. 273 - 275.

20. ULAGA T. Iz spominov na nasega Ateka. - Slovenec, 24.XII. 1940.

21. KREK M. Iz zivljenja in dela dr. Antona Korosca. - Zbornik Svobodne Slovenije 1961. Buenos-Aires. 1960, s. 78.

стр. 51


22. LUKAN W. Politicno delovanje Antona KoroSca med prvo svetovno vojno - kratek oris. - Zivljenje in delo dr. Antona Korosca. Prispevki za novejso zgodovino. Letnik XXXI, st. 1. Ljubljana. 1991, s. 33.

23. Югославянский комитет был создан в Лондоне в конце апреля 1915 года. Возглавил его хорватский политик А. Трумбич. Целью комитета было стремление добиваться независимого государства южных славян при помощи Антанты.

24. BISTER. F.J. Anton Korosec, drzavnozborski poslanec na Dunaju: zivljenje in delo: 1872 - 1918. Ljubljana. 1992, s. 252 - 261.

25. KROSELJ J. Spomini na dr. Korosca. - Zbornik Svobodne Slovenije 1971 - 1972. Buenos-Aires. 1971, s. 303.

26. KROSELJ J. Dr. Korosec in Hrvati - Zbornik Svobodne Slovenije 1961. Buenos-Aires. 1960, s. 93.

27. KREK M. Op. cit., s. 83; CULINOVIC F. Jugoslavia izmedu dva rata. I. Zagreb. 1961, s. 519- 522; MIKUZ M. Oris Zgodovine Slovencev v stari Jugoslaviji 1917 - 1941. Ljubljana. 1965, s. 369- 370.

28. ZECEVIC M. Neki pogledi u Srbiji na politicku delatnost dr. Antona Korosca 1918 - 1940. - Zivljenje in delo dr. Antona Korosca. Prispevki za novejso zgodovino. Letnik XXXI, st. 1. Ljubljana. 1991, s. 68.

29. SARAC N. Uspostavljanje sestojanuarskog rezima 1929 godine sa posebnim osvrtom na Bosnu i Hercegovinu. Sarajevo. 1975, s. 111.

30. История Югославии. Т. 2. M. 1963, с. 108.

31. О деятельности Корошца в эти дни см. KREK M. Atentat na Stjepana Radica - resnica о ravnanju dr. Korosca. - Zbornik Svobodne Slovenije 1969. Buenos-Aires. 1968, s. 75 - 102.

32. KULUNDZIC Z. Atentat na Stjepana Radica. Zagreb. 1967, s. 426 - 428.

33. Hrvatska Povijest. - Sajt Hrvatske Seljacke stranke. Zagreb. 2002, s. 5.

34. JОВАНОВИh Н. Политички сукоби у Jyгocлaвиjи 1925 - 1928. Београд. 1974, с. 280 - 285.

35. HANZELIC R. O dr. Antonu Koroscu. - Zbornik Svobodne Slovenije 1971 - 1972. Buenos-Aires. 1971, s. 295 - 302.

36. ZECEVIC M. Neki pogledi u Srbiji na politicku delatnost dr. Antona Korosca 1918 - 1940. - Zivljenje in delo dr. Antona Korosca. Prispevki za novejso zgodovino. Letnik XXXI, st. 1. Ljubljana. Institut za novejso zgodovino. 1991, s. 68 - 69.

37. HANZELIC R. О dr. Antonu Koroscu. - Zbornik Svobodne Slovenije 1971 - 1972. Buenos-Aires. 1971, s. 300.

38. KRANJEC S. Koroscevo Predavanje о postanku Jugoslavije. - Zgodovinski Casopis XVI / 1962, s. 218 - 229.

39. KROSELJ J. Dr. Korosec in Hrvati. - Zbornik Svobodne Slovenije 1961. Buenos-Aires. 1960, s. 94.

40. ZECEVIC M. Op. cit., s. 68; JOBAHOBИh H. Ук. соч., с. 307 - 308; SARAC N. Op. cit, s. 148. и др.

41. Имеются в виду выше упоминавшиеся работы М. Крека и Й. Крошеля.

42. MACEK V. Memoari. Zagreb. 1992, s. 208.

43. KREK M. Op. cit., s. 83.

44. Ibid., s. 113.

45. KROSELJ J. Dr. Korosec in Hrvati. - Zbornik Svobodne Slovenije 1961. Buenos-Aires. I960, s. 95.

46. Slovenec, 8.XII.1928.

47. AHCIN I. Op. cit, s. 63 - 65.

48. KREK M. Ob 20-letnici smrti najvecega slovenskega drzavnika dr. Antona Korosca. - Zbornik Svobodne Slovenije 1961. Buenos-Aires. 1960, s. 69; KROSELJ J. Dr. Korosec in Hrvati, s. 95.

49. KREK M. dr. Ob 20-letnici smrti, s. 69.

50. STOJADINOVIC M. Ni rat ni pakt. Jugoslavia izmedju dva rata. Buenos-Aires. 1963, s. 342.

51. ZECEVIC M. Neki pogledi u Srbiji na politicku delatnost dr. Antona Korosca 1918 - 1940. - Zivljenje in delo dr. Antona Korosca. Prispevki za novejso zgodovino. Letnik XXXI, st. 1. Ljubljana. 1991, s. 70.

52. STOJKOV T. Opozicija u vreme sestojanuarske diktature. Beograd. 1969, s. 75.

53. JURCEC R. Skozi luci in sence 1914 - 1958. Drugi Del (1929 - 1935). Buenos-Aires. 1966, s. 54.

54. Slovenska Deklaracija. - Zbornik Svobodne Slovenije 1961. Buenos-Aires. 1960.

55. Ibid., s. 84.

56. AHCIN I. Op. cit s. 91.

57. Slovenec, 5.1.1933.

58. STOJKOV T. Op. cit., s. 222 - 223.

59. PEROVSEK J. Slovenci in Jugoslavia v tridesetih letih. - Slovenska trideseta leta: simpozij 1995. Ljubljana. 1997, s. 22.

60. STOJKOV T. Op. cit., s. 223.

61. Arhiv Jugoslaviji. Opis 37, delo 46, list 256; delo 62, list 184 - 187.

62. История Югославии. Т. 2, с. 149.

63. AHCIN I. Dr. Anton Korosec - Godesa Bojan, Dolenc Ervin. Izgubljeni spomin na Antona KoroSca iz zapuscine Iv. Ahcina. Ljubljana. 1999, s. 184, 187.

64. KROSELJ J. Dr. Korosec, sporazum s Hrvati in Slovenci. - Zbornik Svobodne Slovenije 1969. Buenos-Aires. 1968, s. 112.

Orphus

© library.rs

Permanent link to this publication:

https://library.rs/m/articles/view/АНТОН-КОРОШЕЦ

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Serbia OnlineContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://library.rs/Libmonster

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

А. Ю. ПИСАРЕВСКИЙ, АНТОН КОРОШЕЦ // Belgrade: Library of Serbia (LIBRARY.RS). Updated: 01.03.2021. URL: https://library.rs/m/articles/view/АНТОН-КОРОШЕЦ (date of access: 03.08.2021).

Publication author(s) - А. Ю. ПИСАРЕВСКИЙ:

А. Ю. ПИСАРЕВСКИЙ → other publications, search: Libmonster SerbiaLibmonster WorldGoogleYandex


Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Publisher
Serbia Online
Belgrade, Serbia
326 views rating
01.03.2021 (155 days ago)
0 subscribers
Rating
0 votes
Related Articles
А. М. Лотменцев. СЛАВОНСКИЙ ГРАДЕЦ. LIBERA REGIA CIVITAS
Catalog: История 
Yesterday · From Serbia Online
СЕРБИЯ В НАЧАЛЕ ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ: 1914-1915 годы
5 days ago · From Serbia Online
БАЛКАНСКИЕ ВОЙНЫ 1912-1913 годов И ЕВРОПЕЙСКИЕ ДЕРЖАВЫ
Catalog: История 
7 days ago · From Serbia Online
ЧЕЛОВЕК НА БАЛКАНАХ И ПРОЦЕССЫ МОДЕРНИЗАЦИИ. СИНДРОМ ОТЯГОЩЕННОЙ НАСЛЕДСТВЕННОСТИ (последняя треть XIX - первая половина XX в.)
Catalog: История 
13 days ago · From Serbia Online
В. С. ЧЕРНОМЫРДИН. ВЫЗОВ
Catalog: История 
25 days ago · From Serbia Online
НЕСОСТОЯВШАЯСЯ ЭКСПЕДИЦИЯ РУССКИХ ВООРУЖЕННЫХ СИЛ НА БАЛКАНЫ ОСЕНЬЮ 1915 ГОДА
25 days ago · From Serbia Online
ИСТОРИЯ ИСТОРИЧЕСКОЙ МЫСЛИ XX ВЕКА
Catalog: История 
27 days ago · From Serbia Online
ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ИСТОРИЯ К НАЧАЛУ XXI ВЕКА: ИТОГИ XIII МЕЖДУНАРОДНОГО КОНГРЕССА ПО ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ИСТОРИИ
Catalog: Экономика 
27 days ago · From Serbia Online
КОСОВСКИЙ КРИЗИС 1999 ГОДА. БРОСОК НА ПРИШТИНУ
Catalog: История 
27 days ago · From Вacилий П.
С. А. Романенко. ЮГОСЛАВИЯ, РОССИЯ И "СЛАВЯНСКАЯ ИДЕЯ": ВТОРАЯ ПОЛОВИНА XIX - НАЧАЛО XXI ВЕКА
Catalog: История 
34 days ago · From Вacилий П.


Actual publications:

Latest ARTICLES:

LIBRARY.RS is a Serbian open digital library, repository of author's heritage and open archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!
АНТОН КОРОШЕЦ
 

Contacts
Watch out for new publications:

About · News · For Advertisers · Donate to Libmonster

Serbian Digital Library ® All rights reserved.
2014-2021, LIBRARY.RS is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Ukraine


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Sweden Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of branches, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. After registration at your disposal - more than 100 tools for creating your own author's collection. It is free: it was, it is and always will be.

Download app for smartphones