К полудню, когда солнце на линяющем от жары синем небе взмывает к зениту, африканская саванна, словно съежившись от испуга, затихает. Ни малейшего дуновения ветра вокруг. Тишина такая, что писк несметного комарья и мошкары гремит в ушах как целый симфонический оркестр. Однажды в такую оглушительную жаркую тишину писатель Франсуа Эвембе привез меня в гости к своему другу, вождю деревушки Ньянг Нкуе. Устроившись в хижине собраний - доме без стен, с широкой, низко свисающей соломенной кровлей, мы вполголоса переговаривались. Нкуе рассказывал о событиях в деревне, отвечал на мои расспросы об обычаях, о здешнем житье-бытье. - Ты поздравь нашего хозяина, у него родился сын, - вдруг вмешался в разговор Франсуа. Будто в подтверждение его слов из ближней хижины послышался детский плач, и женский голос отозвался негромкой, размеренной успокаивающей песней. Мы замолкли, зачарованные звуками, вселявшими в душу покой. - Колыбельная, - прошептал Франсуа. стр. 74 Зачем тебе плакать, бесценный мой? Ножку твою не уколют колючки. Разве тебя на руках не держу я? Разве тебя на спине не ношу я? Стоит ли плакать, желанный наш? Плач почти тут же прекратился. Ребенок будто понял пожелание матери. - Детей нужно воспитывать еще в утробе матери. Потом будет поздно, - проронил Нкуе. Европейцы часто смотрят на Африку свысока, а она способна научить их многому: прежде всего душевному, чуткому отношению к детям. В Камеруне, Конго или Мали младенцы при появлении на свет передаются на полное попечение матери или кормилицы. Колыбельные, которым дети внимают ежедневно, - магическое средство духовного воспитания крошек. Наверное, именно таких песен не хватает нынче в опустившейся, корыстной до омерзения и в то же время безумно расточительной России. Но они были в прошлом. Разве случайно поэт посвятил Арине Родионовне два стихотворения, сказав в одном: "...со мной беседовала ты, влекла мое воображенье"? В колоритных образных песнях матери в Черной Африке не только изливают беспредельную ... Читать далее