Четыре десятилетия холодной войны и апартеида так отдалили Россию и Южную Африку друг от друга, что многие, наверное, зададут сейчас вопрос: а в чем выразила общая борьба? Да, они сражались вместе в составе антигитлеровской коалиции. Но были ли у них в ходе этой борьбы какие-то непосредственные связи друг с другом? Чувствовала ли Россия, на чью долю выпала самая тяжелая ноша, дружеское плечо этой далекой страны? Что можно ответить на такой вопрос? Во время второй мировой войны вооруженные силы Южно-Африканского Союза (ныне - Южно- Африканская Республика) насчитывали 200 тысяч человек. Среди них были представители всех народностей, населяющих страну, хотя "небелых" допускали только до вспомогательных работ - санитаров, носильщиков... Огнестрельного оружия им не давали. Неприязнь буров (или, как они себя называют сами, - африканеров) к Англии сказалась и тогда. Наиболее крайние бурские националисты не хотели воевать на стороне Англии. Но все же на фронтах второй мировой войны южноафриканцы сыграли немалую роль. Они участвовали в освобождении Эфиопии, которую в середине 30-х годов захватил Муссолини, сражались в Северной Африке, в Италии. В ходе войны погибло около девяти тысяч южно- африканцев. Тяжелые бои, которые вели южноафриканские войска в Восточной Ливии, под Тобруком и Аламейном, совпали по времени с решающими сражениями на советско-германском фронте. В газетах всего мира информационные сводки из России и из Северной Африки проходили рядом. Появились книги под названием "От Тобрука до Смоленска" и "К Сталинграду и Аламейну". В южноафриканских частях было немало выходцев из России, вернее, их сыновей и внуков. Еще до 1914 года в Южную Африку эмигрировало стр. 2 из России около сорока тысяч человек, в подавляющем большинстве это были евреи, бежавшие от погромов и дискриминации. Сохранилось свидетельство русского офицера британской армии о схватках с войсками немецкого фельдмаршала Роммеля, начавшими 26 мая 1942 года наступление в Ливии. "В течение пяти ... Читать далее