Волкогонова О. Бердяев М.: Молодая гвардия, 2010 Что говорилось о Николае Бердяеве в довоенной и послевоенной литературе, лучше не вспоминать: каждая статья читалась как политический донос, тянувший на высшую меру наказания. В 1970-е, сравнительно "вегетарианские", годы о Бердяеве в справочной литературе было сказано следующее: "Русский религиозный философ. От легального марксизма, который пытался сочетать с неокантианством, перешел к богоискательству, к философии личности и свободы в духе религиозного экзистенциализма, персонализма и к христианской эсхатологии. Идейный противник марксизма и коммунизма... В 1922 году выслан за границу". Неудивительно, что старшее поколение шарахалось от его имени как черт от ладана, а младшее, прежде всего студенты философских факультетов, жадно читали раздобытые из-под полы разрозненные брошюрки, подписанные крамольным именем, спотыкаясь ежеминутно на "меонах", "космической коммюнотарности", "интегральном откровении", "социальном трансцедировании" и пытаясь понять, что же такого страшного понаписал этот странный мыслитель. Пришли времена, когда стало "можно всё", и труды Бердяева заняли свое законное место на полках книжных магазинов и библиотек. И неизбежно случилось то, что обыкновенно случается с классиками, которых по привычке почитают, но не читают. Хотя не считается зазорным в современном тексте вставить между прочим хлесткую цитату "из Бердяева", обычно перевранную. Впрочем, есть еще чудаки, которых интересуют дела и люди минувших дней. И тогда неизбежно снова и снова возникает имя старого философа. Кто вы, мэтр Бердяев? Во что верили, что проповедовали, как жили, с кем и против кого дружили? И за что увез вас на чужбину "философский пароход"? Обо всем этом спокойно, непредвзято повествует книга Ольги Волкогоновой, с первых строк предупреждающей читателя: автор не является поклонницей Бердяева и поэтому может говорить о нем вполне объективно - не славословя, с одной стороны, и не очерняя - с другой. Харак ... Читать далее