Е. И. ДОРОШЕНКО, Кандидат филологических наук Ведущий специалист МИА "Россия сегодня" Ключевые слова: Ливия, резолюция СБ ООН 1973, военные операции НАТО, гуманитарная интервенция Операция "Объединенный защитник" (Operation Unified Protector), одна из самых масштабных в истории последней военной кампании НАТО в Ливии, началась 31 марта 2011 г. Общим концептуальным основанием для нее стала принятая ООН доктрина "Responsibility to protect" - "обязанность защищать". Вероятно, это обстоятельство также определило и выбор названия операции: в словосочетании "Unified Protector" последний элемент, "защитник", соотносится с "to protect" - "защищать", в названии доктрины, а "unified", "объединенный", в свою очередь, указывает на смешанный состав задействованных сил - т.е. в данном случае подчеркивается роль НАТО именно как "альянса", "объединения" [1]. По мнению Флоренс Гоб из Института исследования проблем безопасности Европейского Союза - EUISS (Франция), автора монографии "Североатлантический союз и Ливия: переоценка операции "Объединенный защитник", эти военные действия во многих отношениях стали "первым опытом" как для НАТО, так и для США: в частности, "обязанность защищать" впервые была реализована на практике с целью поддержать мирное население Ливии в борьбе против "смертоносного режима" [2, p. 3]. Резолюция Совета Безопасности ООН 1973, предусматривавшая, как отмечает Гоб, три меры "военного характера": обеспечение соблюдения оружейного эмбарго, установление бесполетной зоны и собственно "защиту мирного населения", стала одновременно и конкретным руководством к действию для сил Альянса, и предметом существенных разногласий. С одной стороны, резолюция предписывала исключить "иностранную оккупацию в любом виде", тем самым ограничивая военное вмешательство действиями с воздуха и моря, а с другой - оставляла широкое пространство для интерпретации положения о "защите мирного населения" [2, p. 4]. Именно неоднозначность формулировки последнего пункта, по утверждению Джерем ... Читать далее