Провозглашение независимости Болгарии 22 сентября 1908 г. произошло в контексте резкого обострения ближневосточного кризиса и усилившейся борьбы великих держав за сферы влияния на Балканах, в Восточном Средиземноморье и в Малой Азии. Судьба Болгарии теснейшим образом переплеталась с проблемами югославизма и территориальными и династическими притязаниями балканских государств-монархий, с перспективами реформирования Османской империи, с сохранением "концерта" великих держав по балканским и ближневосточным вопросам в обстановке усиливавшегося противостояния в Европе двух военно-политических блоков.

Многие аспекты ближневосточного и боснийского кризисов, ускоривших движение к первой мировой войне, получили глубокое освещение в целом ряде исследований отечественных и зарубежных историков. Задача данной работы состоит в раскрытии малоизвестных страниц истории боснийского кризиса на основании материалов итальянских и российских архивов, показе особенностей позиций России и Италии в преддверии этого кризиса, его ходе, а также после его завершения. При этом необходим учет того, что обе державы располагали информацией о готовившейся Австро-Венгрией аннексии Боснии и Герцеговины, а также других ее шагах, направленных на укрепление (при поддержке Германии) собственных позиций на Балканах, пытались противодействовать односторонним мерам монархии Габсбургов, добивались в связи с

стр. 17

таким поворотом событий встречных компенсаций, апеллировали к европейским державам с целью сохранения их сотрудничества в столь взрывоопасном регионе. Такой ракурс освещения боснийского кризиса позволяет глубже раскрыть особенности отношений России и Италии, как впрочем, и других держав, прежде всего Австро-Венгрии, к проблемам независимости Болгарии.

Прологом к серьезным потрясениям на Балканах и Ближнем Востоке послужила известная речь министра иностранных дел Австро-Венгрии А. Эренталя 27 января 1908 г. перед парламентариями Австро-Венгрии, где недвусмысленно было заявлено о программе широкого железнодорожного строительства и других мерах по упрочению позиции империи, за которыми, как известно, последовали младотурецкая революция, поддержка со стороны Австро-Венгрии планов болгарского князя Фердинанда провозгласить себя царем, а Болгарию независимым (от Турции) государством, а также аннексия Боснии и Герцеговины [1; 2].

Ответные меры России и Италии выразились в проекте Дунайско- Адриатической магистрали, как противовеса австрийским железнодорожным проектам, в борьбе за созыв международной конференции по пересмотру ряда положений Берлинского договора 1878 г., в метаниях МИД России и Италии между "условным" признанием аннексии Боснии и Герцеговины и протестами против односторонних шагов Австро-Венгрии, поддержанных Германией, в заключении в 1909 г. в Раккониджи секретного соглашения между Россией и Италией по балканским и средиземноморским вопросам, в активной поддержке в ходе боснийского кризиса усилий Сербии, Черногории и Болгарии по отмене ущемлявших их суверенитет статей Берлинского договора и предотвращении болгаро-турецкого конфликта, грозившего принять вооруженные формы [3].

Переписка между А.П. Извольским и Чарыковым, Извольским и российскими послами в Риме: Муравьевым, а после его кончины Долгоруким, а также "свидания" в Дезио (визит А.П. Извольского в Рим и его переговоры с министром иностранных дел Италии Т. Титтони в сентябре 1908 г.) и в Раккониджи (официальный визит Николая II и переговоры Извольского и Титтони в 1909 г.) создают впечатляющую картину далеко идущих "горчаковских" замыслов главы МИД России. Они сводились к пересмотру ущемлявших интересы России на Балканах решений Берлинского конгресса, возврату (после крена в сторону дальневосточных проблем на рубеже веков) к активной европейской, балканской и ближневосточной позиции, обеспечению поддержки в этом со стороны Франции и Англии (после заключения англо- русского соглашения в 1907 г.).

Так, в письме Чарыкову Извольский в преддверии аннексии Боснии и Герцеговины признавал, что надеяться на добровольный отказ Австро-Венгрии от оккупированных ею в связи с русско-турецкой войной (1877-1878) территорий нельзя, а Россия, действуя в одиночку, обречена либо на бесплодные протесты, либо на угрозы, чреватые осложнениями. Отсюда появление проекта апелляции ко всем странам-участницам Берлинского конгресса с целью на международной конференции добиваться: отказа Австро- Венгрии от Ново-Пазарского санджака, пересмотра режима черноморских проливов, упрочения независимости Сербии и Черногории и предоставления им территориальных компенсаций, признания независимости Болгарии от Турции (курсив мой. - З.Я.), изменения в пользу придунайских стран режима судоходства по Дунаю и других решений (4. Д. 210. Л. 45-46]. Он рассчитывал успеть провести зондажи относительно конференции (после встречи с Эренталем в Бухлау) в Италии, Франции, Англии и Германии [4. Д. 204. Л. II], однако сумел заручиться обещанием поддержки только со стороны Титтони.

В дальнейшем проект такой конференции провалился в результате противодействия Германии и Австро-Венгрии и весьма сдержанного отношения к этой идее правящих кругов Англии и Франции. Последняя именно в период боснийского кризиса вела небезуспешные переговоры с Германией по вопросу об урегулировании противоречий из-за Марокко. Решительные возражения П.А. Столыпина и военных кругов

стр. 18

против возможности использования военных мер в связи с боснийским кризисом и ультиматум Германии, выдвинутый в марте 1909 г., вынудили Россию признать факт аннексии Боснии и Герцеговины. Определенной компенсацией за это стала отмена некоторых статей Берлинского договора, ущемлявших суверенитет Сербии и Черногории, и признание младотурецким правительством факта воссоздания Болгарского царства. Последнее было облегчено согласием России рассматривать причитавшиеся ей по Берлинскому договору денежные выплаты со стороны Османской империи как компенсацию за независимость Болгарии [1. С. 668-669].

Со своей стороны итальянская дипломатия в период боснийского кризиса пыталась предстать, с одной стороны, в роли связующего звена между Россией и Австро-Венгрией, а с другой - упрочить свои позиции на Балканах посредством реализации требований полного отказа Габсбургской монархии от Ново-Пазарского санджака, пересмотра ст. 29 Берлинского договора. Вместе с тем Титтони рассчитывал на превращение двусторонних австро-русских договоренностей 1897 г. и 1903 г. по Балканам в трехсторонние, совмещая курс на "компенсации" в случае нарушения status quo на Балканах с поворотом к курсу на обеспечение "прав национальностей" в случае распада Османской империи [5. Р. 288; 6].

Именно в обстановке наибольшего обострения боснийского кризиса и резкого роста ирредентистских и антиавстрийских выступлений в самой Италии Титтони через Муравьева передал в Петербург проект двустороннего соглашения по Балканам и средиземноморским проблемам, заключенного затем в Раккониджи [5. Р. 212; 7]. Однако в последующем заинтересованность Рима в совместных действиях на Балканах была в значительной степени ослаблена, что стало особенно явным после итало-турецкой войны 1911-1912 гг. из-за Триполи и Киренаики (Ливия) и долгосрочного продления Тройственного союза.

Таким образом, вопрос о провозглашении независимости Болгарии был лишь одним из звеньев в цепи событий, причинно-следственных связей и комплекса проблем, решавшихся на Балканах в преддверии первой мировой войны.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Хвостов В.М. История дипломатии. М., 1963. Т. II.

2. Виноградов К.Б. Боснийский кризис 1908-1909 гг. М., 1964; Галкин И.С. Дипломатия европейских держав в связи с освободительным движением народов Европейской Турции. 1905-1912 гг. М., 1960; Писарев Ю.А. Великие державы и Балканы накануне первой мировой войны. М., 1985; Nindc М. La crise bosniaque (1908-1909)et les puissances europeennes. Paris, 1937. V. I; Tommasini F. Lltalia alia vigilia della guerra. La politica estera di Tommaso Tittoni. Bologna, 1941. V. IV.

3. Яхимович З.П. Италия и Балканы в 1908-1914 гг. // Балканские исследования. М., 1978. Вып. 3; Яхимович З.П. Трудный диалог: возможности и перспективы сотрудничества России и Италии (1902-1909) // Россия и Италия. XX век. М., 1998; Яхимович З.П. Русско-итальянские отношения в начале XX в.: К истории "свидания в Раккониджи" // Россия и Италия. М., 1968.

4. Архив внешней политики Российской империи (АВПРИ). Ф. Канцелярия. 1908 г.

5. Archivio Storico del Ministero degli Affari esteri.

6. Яхимович З.П. Италия и боснийский кризис 1908-1909 гг. // Внешняя политика России и международные отношения. Курск, 1976.

7. АВПРИ. Ф. Посольство в Риме. 1909. Д. 2038. Л. 30-36.

Постоянный адрес данной публикации: